Discover What the World Thinks of U.S.

The US Is Using Iran To Tame the Saudis

<--

США используют Иран для укрощения саудитов

Многолетняя эпопея под названием «Ядерная программа Ирана», завершившаяся договоренностью под радостные улыбки и хвалебные оды, несомненно, придаст новый импульс в развитии обстановки на ближневосточном направлении. Однако, вопреки мнению многих экспертов о положительном характере этого импульса, существует и альтернативная позиция.

Парадоксально, но долговременная неустойчивость создает ощущение стабильности. За 12 лет переговоров по Ирану международное сообщество в целом и ближневосточный регион в частности привыкли к беспросветным саммитам, конференциям, совещаниям и, откровенно, не ожидали окончания этого процесса. Что же нам готовит день грядущий?

В контексте Ближнего Востока иранская ядерная сделка затронет два чувствительных вопроса: борьбу с терроризмом, конкретно с ИГ и его сателлитами в контексте продвижения шиитского влияния, а также мировые цены на углеводороды – причем оба вопроса тесно связаны друг с другом.

Во-первых, терроризм. Ввиду обширности террористической активности на Ближнем Востоке сосредоточимся на иракском фронте. На данный момент в Ираке проходит очередная полномасштабная операция против боевиков ИГ.

На этот раз на западном направлении в суннитской провинции Анбар. Операция проходит при участии иракских армейских подразделений, сил специального назначения МВД, так называемого проиранского шиитского народного ополчения и вооруженных отрядов некоторых лояльных Багдаду суннитских племен, а также при поддержке авиации международной коалиции.

Как и следовало ожидать, подобная связка демонстрирует потрясающую несогласованность и неэффективность действий. Шиитские подразделения, являясь наиболее подготовленной и многочисленной силой, зачастую игнорируют приказы иракского армейского руководства и воюют по своему плану.

Аналогично поступают и суннитские кланы, при этом армейские подразделения и спецназ МВД физически не в состоянии вести столь масштабные операции и вынуждены опираться на нерегулярные суннитские и шиитские отряды.

Иракская армейская авиация, представленная российскими боевыми вертолетами Ми-17, Ми-35 и Ми-28, а также штурмовиками Су-25, к сожалению, является довольно малочисленной и не справляется с объемом поставленных задач.

Особняком от происходящего на земле действует авиация союзников, которая никак не координирует свои боевые вылеты с иракским военным командованием. Периодически самолеты «союзников» наносят удары по иракским подразделениям, причем с завидным постоянством это происходит в критические моменты боя.

Откровенно говоря, вопреки заявлениям Белого дома о потрясающей эффективности боевых вылетов коалиции, только 25% из них заканчиваются применением оружия, в подавляющем большинстве самолеты возвращаются на базы с полным боекомплектом.

Более того, союзники систематически не выполняют свои обязательства по поставкам иракцам вооружения и боевой техники. Издевательской и унизительной для Багдада выглядит поставка США 4 из 36 оплаченных иракской стороной истребителей F-16 при условии их применения только после согласования с американцами и управления летчиками-курдами.

Все это в совокупности подталкивает шиитское иракское руководство к более тесному сближению с Ираном, который после заключения ядерной сделки получил своеобразный карт-бланш на укрепление своих позиций в так называемом шиитском поясе, а именно в Ираке, Сирии, Йемене и Ливане, что чрезвычайно волнует суннитские страны региона.

Не случайно первый официальный визит главы МИД Ирана Мохаммада Зарифа после заключения «сделки» состоялся в Ирак, одновременно в Тегеран отправился глава парламентского комитета Ирака по безопасности и обороне, а иракский посол США во время своего выступления позволил себе прямо укорить Белый дом в посредственной поддержке Багдада в борьбе с ИГ, отметив при этом всеобъемлющую и своевременную иранскую помощь.

Во-вторых, нефть. Здесь ситуация становится не менее сложной, чем в контексте борьбы с терроризмом. Снятие экономических санкций с Ирана делает его в обозримой перспективе крупнейшим игроком на рынке углеводородов, который и без того переживает не лучшие времена.

Вмешательство столь весомого конкурента не пройдет незаметно, и это понимают все участники. При самых неоптимистичных прогнозах нефть может упасть в цене практически до уровня себестоимости добычи, после которого играть на понижение уже не сможет никто.

Конечно, ряд экспертов утверждает, что Ирану потребуются годы для восстановления своей инфраструктуры и выхода на уровень экспорта 4–6 млн баррелей в сутки, однако уже сейчас Тегеран готов поставлять 1,1 млн баррелей, к тому же международные нефтяные компании готовы вкладываться в иранскую нефть, отзывая часть инвестиций из других проектов.

Более того, по информации осведомленных источников, около 40 млн баррелей сырой нефти уже загружены иранским руководством в танкеры, ожидающие отправки на азиатские рынки. А азиатские рынки в свою очередь с нетерпением ожидают их прибытия.

Перспективы подобного развития событий не могут не беспокоить суннитские монархии Персидского залива, а также Турцию и Израиль. Экономическое укрепление Тегерана подорвет позиции Саудовской Аравии и Катара. Кроме того, возрастет и военный потенциал Ирана.

Зачем же, спрашивается, все это нужно Америке? США действуют удивительно прагматично, им нужен хаос на Ближнем Востоке. Да, шиитский Иран будет усиленно помогать шиитскому правительству Ирака, но одновременно будет становиться и конкурентом Багдада на нефтяном рынке, переманивая нефтяные и газовые компании на свою далекую от военных действий, но не менее перспективную территорию.

Усиление Ирана позволит американцам снова ввести в орбиту своего влияния «осмелевших» саудитов, которые будут вынуждены обратиться за помощью именно к США. Не в последнюю очередь падение цен на нефть ударит и по России, которой придется балансировать между дружбой с Ираном в ШОС и реалиями сложившейся экономической ситуации.







Leave a comment