The Cost of a Question

<--

Массовые протесты и смена режимов в арабских странах — самая крупная неожиданность последних лет. США тем не менее продемонстрировали удивительную способность гибко реагировать и тонко влиять на исход быстро развивающихся событий.

Устремляясь вперед, администрация Обамы сбрасывает балласт — верного Мубарака, озабоченности Израиля, а по большому счету — всю систему формальных и неформальных союзов и коалиций в регионе. Госдеп и значительная часть разведсообщества выступали за более умеренный подход, который стимулировал бы постепенные перемены. Однако близкие советники Обамы, интеллектуалы нового поколения, большая часть которых не являются специалистами по региону и даже по международным отношениям, убедили президента, что при таком подходе США могут оказаться в хвосте событий.

28 января в Вашингтоне было принято решение, что немедленные политические изменения в Египте были бы в интересах США. Обама заявил, что, оказывая моральную поддержку тем, кто хочет улучшений в своей жизни, США встают “на правильную сторону истории”. В случае Египта такая позиция Вашингтона способствовала приходу к власти военных. За традиционной для Америки риторикой стоял холодный прагматизм. В Вашингтоне хорошо знают инструменты своего влияния в регионе. Тесные личные связи с египетскими военными, получившими образование в США и получающими вооружение оттуда же, видимо, сыграли решающую роль.

США не в состоянии управлять социально-политическими процессами в арабских государствах. Однако, как ни одна другая страна, продемонстрировали умение оказывать точечное воздействие в ключевом месте в нужный момент. Евросоюз показал свою неспособность оперативно реагировать на кризисы. Процесс развития “европейско-средиземноморского партнерства” к этому абсолютно непригоден. Пекин в первую очередь озабочен возможным влиянием событий на Ближнем Востоке и в Северной Африке на протестное движение в самом Китае. В России, похоже, задумываются о том же. Инструменты китайского влияния в арабском мире пока не созданы, а Россией — уже утрачены.

Самое опасное, что может произойти в Вашингтоне,— это возрождение иллюзий о том, что США всесильны и призваны определять внутренние процессы в других странах. Оживление неоконсерваторов, усматривающих в действиях Обамы элементы политики Буша-младшего по поддержке демократии во всем мире, настораживает. Эйфория со стороны американских либералов, предпочитающих не замечать неопределенности и риски, связанные с быстрыми переменами в арабском мире, разочаровывает. Решительная, но осмотрительная политика Обамы выглядит на этом фоне весьма неплохо. Пока она строится на трезвом понимании ограниченности возможностей США и максимальном использовании их преимуществ. Россию такая политика в целом устраивает.

About this publication