Relations Between Russia and the US in the Translation from Sign Language

<--

Отношения России и США в переводе с языка жестов

Сергей Строкань,

обозреватель отдела внешней политики “Ъ”

В 2015 году российско-американские отношения продолжали движение сразу в двух параллельных реальностях, двух временах — настоящем и будущем. Произошло это потому, что кризис доверия и паралич контактов между Белым домом и Кремлем в отличие от прежних лет развивались на фоне набирающей темп президентской гонки в США. В итоге возникла уникальная возможность сравнить и сопоставить эти две реальности — то, как уже есть, и то, как еще только может быть.

Впервые после распада СССР российская тема стала одним из ключевых внешнеполитических вопросов избирательной гонки. Без ее обсуждения не обходились ни одни дебаты и многие встречи потенциальных кандидатов с избирателями. Кто бы мог подумать, что дело примет такой оборот?

Президент Обама, который спустя год с небольшим покинет Овальный кабинет, явно доигрывал наскучившую ему российскую партию и не проявлял интереса к ее продолжению и общению с Владимиром Путиным.

Другое дело — претенденты на кресло Барака Обамы, причем как в демократическом, так и в республиканском лагере. Они, что называется, рвались в бой. Ведь один из них в январе 2017 года начнет очередную вашингтонскую перестройку, которая не может не затронуть и отношения с Россией.

Неудивительно, что мы уже услышали достаточно вариаций на тему того, какой будет политика США по отношению к России, если новым президентом станет Хиллари Клинтон, Дональд Трамп, Тед Круз, Марко Рубио или другие претенденты, о которых российская аудитория узнала впервые.

Если говорить об уходящей реальности, связанной с именем нынешнего главы Белого дома, то одним из ее наиболее ярких символом стали стикеры “Обама — чмо” на задних стеклах летающих по московским улицам иномарок среднего класса.

Еще одним запомнившимся моментом года стали гадания медиа и экспертов на тему, встретятся ли президенты Путин и Обама на полях того или иного международного форума — 70-й сессии Генассамблеи ООН в Нью-Йорке, саммита G20 в Анталье или климатической конференции в Париже. Потребность в серьезной аналитике упала (а что, собственно, анализировать — до 2017 года и так все ясно). Зато возрос спрос на специалистов узкого профиля, способных расшифровывать язык мимики и жестов — так называемый body language. По нему стали судить, как поговорили президенты и в каком направлении эволюционируют российско-американские отношения.

Сколь бы ни был нелюбим в России уходящий президент Обама, в течение года он тщательно избегал прямого обострения с Москвой. Он до последнего сопротивлялся поставкам Украине наступательных вооружений, о которых просил Киев, никак не подтвердил возможность вступления Украины в НАТО, пусть в самой отдаленной перспективе, исключил возможность американской операции по свержению президента Асада в Сирии.

Военным ответам Москве Барак Обама предпочел ответы политико-дипломатические, вроде поддержания усилий по сохранению режима западных санкций против России и игнорирования торжеств по случаю 70-летия Победы в Москве. Его выпады в адрес российского коллеги, возглавившего рейтинг самых влиятельных политиков мира, были в основном словесные. Отвечая на вопросы об активности России на фоне пассивности Америки и о большем, чем у него, Обамы, мировом влиянии Владимира Путина, Барак Обама упорно делал вид, что не замечает этого влияния и успехов Москвы.

Но кто идет ему на смену? Единственным республиканским претендентом, пообещавшим в случае избрания найти общий язык с Россией, стал эпатажный миллиардер Дональд Трамп.

Другие же претенденты, рассуждая о России, негодуют по поводу того, что они считают нерешительностью Барака Обамы. “Я буду проводить регулярные, агрессивные военные маневры в странах Балтии и, возможно, пошлю еще несколько тысяч солдат в Германию. Владимир Путин получит мой сигнал”,— обещает экс-глава компании Hewlett-Packard Карли Фиорина — республиканский ответ Хиллари Клинтон. “Давайте обратим его в бегство”,— вторя Карли Фиорине, рассуждает о российском президенте еще одно открытие предвыборной гонки нейрохирург Бен Карсон. И продолжает: “Путин движется за счет нефти. Мы должны сделать все, чтобы развить наши энергетические ресурсы, опустить цены на нефть и не выпускать его из его маленькой коробочки”.

Хиллари Клинтон же в случае избрания считает необходимым ввести бесполетную зону в Сирии. По ее словам, политика по отношению к Владимиру Путину должна стать комбинацией “терпения, настойчивости и силы”.

В сложившейся ситуации в Москве предпочли сделать ставку на самого пророссийского, но и самого скандального кандидата — Дональда Трампа. Отвечая на вопрос, кто имеет наибольшие шансы на победу в президентской гонке в США, Владимир Путин среди всех кандидатов выделил лишь его. Впрочем, поскольку реальные шансы на победу у господина Трампа невелики, президентская гонка в США грозит превратиться для россиян в избрание нового “вашингтонского чмо”.

About this publication