Why Washington and Beijing Are Playing a Game of ‘Mask Diplomacy’

<--

Зачем Вашингтон и Пекин играют в «масочную дипломатию»

Пандемия поможет Юго-Восточной Азии сделать геополитический выбор

На фоне пандемии COVID-19 между государствами развернулась своеобразная игра, получившая название «масочная дипломатия». Суть ее состоит в использовании гуманитарной и медицинской помощи для формирования положительного имиджа страны, сглаживания острых моментов в межгосударственных отношениях и реализации внешнеполитических амбиций. В связи с этим особое внимание привлекает противостояние Китая и США в Юго-Восточной Азии.

Сегодня этот небольшой регион имеет исключительно важное значение как для двух наиболее могущественных держав, так и для всего мира. Поэтому любые изменения в политике США и КНР незамедлительно повлекут пересмотр ориентиров и стратегии малых стран Юго-Восточной Азии, которые вынуждены опираться на решения и возможности больших стран.

«Масочная дипломатия» Пекина затронула в общей сложности 120 стран. Естественно, в жизненно важном для Китая Азиатском регионе помощь получили большинство правительств. В большинстве своем КНР оказывала медицинскую помощь странам Юго-Восточной Азии, пытаясь смягчить их позицию в отношении политики, проводимой Пекином в Южно-Китайском море. И хотя действия Китая, несмотря на все публичные заявления, выглядят не очень искренними на фоне игнорирования угрозы в конце прошлого года, они все же сыграли значительную роль в противодействии вирусу в Азии. Этому способствовали два фактора: временное отступление США из Юго-Восточной Азии в марте этого года, когда из общих 274 млн долл. лишь 18 млн долл. Вашингтон выделил в указанный регион, а также отказ Америки от финансирования Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ).

На этом фоне действия в борьбе с COVID-19 и увеличение финансирования ВОЗ со стороны Пекина – это исключительно положительные деяния, несмотря на их очевидный политический окрас. Однако большинству стран, будь то Малайзия, Индонезия или Мьянма, трудно что-либо противопоставить «мягкому» давлению Китая, ведь нынешняя пандемия несет значительную угрозу, и далеко не все государства обладают нужными ресурсами для борьбы с ней. Особенно важна была помощь на начальном этапе в связи с острой нехваткой тестовых наборов для выявления коронавируса нового типа. Местным азиатским элитам попросту больше неоткуда было ожидать помощи.

Ситуация изменилась в июне, когда США оказали более существенную помощь в борьбе с COVID-19, увеличив финансирование в четыре раза по сравнению с мартом, в том числе и для Юго-Восточной Азии. Следует отметить, что из выделенных американцами 77 млн долл. для этого региона большая их часть пришлась на страны, наиболее подверженные влиянию Пекина, а именно Филиппины, Камбоджу и Мьянму (19 млн и по 13,5 млн долл. соответственно).

Отдельно стоит сказать о размере помощи Филиппинам, ведь ранее правительство этой страны рассматривало возможность расторжения договора о пребывании на своей территории военнослужащих США. Направление американской помощи Филиппинам практически совпало с желанием Манилы пролонгировать действие договора с Вашингтоном. Это вкупе с филиппинскими претензиями к КНР по поводу чрезмерно активных действий китайского ВМФ и включения в китайские административные округа нескольких спорных островов говорит о неполном геополитическом переориентировании Филиппин и желании президента Родирго Дутерте выторговать для своей страны наилучшие условия.

Показательными для стран региона будут действия Вьетнама, который, как известно, поддерживается США: именно Вьетнам, по сути, окажется мерилом реального интереса Вашингтона к региону. На данный момент Ханой пытается проводить самостоятельную гуманитарную политику, однако из-за ограниченности собственных средств упор делается не на единоличные усилия, а на совместную деятельность стран – участниц АСЕАН, что, например, убедительно зафиксировано в совместном заявлении в ходе специального саммита международной организации 14 апреля.

Таким образом, на сегодняшний день влияние США и Китая в Юго-Восточной Азии примерно сравнялось. И даже беспечное отношение Пекина к коронавирусу в конце прошлого года, а также агрессивные действия китайцев в акватории Южно-Китайского моря, повлекшие ухудшение отношений со странами АСЕАН, не остановили рост влияния КНР в регионе ввиду географической близости и непредсказуемости нынешнего Вашингтона.

Однако в конечном счете деятельность конкурирующих между собой двух сверхдержав по увеличению влияния в регионе зависит от двух стратегических факторов. Первый заключается в разработке и распространении вакцины против COVID-19. Тот, кто первым создаст эффективную вакцину и сможет поставить ее в достаточном количестве, тот и возвысит свое положение среди стран Юго-Восточной Азии, вынудит их ориентироваться на себя.

Второй фактор – это процесс реанимации экономик региона, так как последствия пандемии коронавируса и карантинных ограничений существенно и негативно сказались как на внутренних экономических показателях стран, так и на общемировых трендах. В итоге, несмотря на успешные меры по противодействию вирусу, такие страны Юго-Восточной Азии, как Камбоджа, часто оказываются в крайне неблагоприятной экономической ситуации. В зависимости от того, кто – США или Китай – поможет этим государствам в сегодняшних сложных обстоятельствах, тот и вправе рассчитывать на ответную «геополитическую благодарность».

About this publication